Способность к рефлексии по поводу мыслей-и-чувств наделяет нас уникальной способностью - способностью, которая может превратить нашу жизнь в сладостное блаженство или сущий ад. Каждый раз, когда мы думаем или чувствуем что-то по поводу самих себя, каждый раз, как мы конструируем концепцию по поводу людей, мужчин или женщин, умений и навыков, достоинства и индивидуальности, расы, работы, интеллекта, взаимоотношений и т. д., - мы создаем очередной метауровневый управляющий фрейм сознания. Мы надстраиваем очередной слой сложности над нашей "я"-концепцией и самоопределениями.
Все это начинается довольно невинно. Приступая к созданию самоопределений, мы просто берем реакции наших воспитателей и сверстников и конструируем карту, касающуюся нашего "я". А еще фрейм того, как мы определяем себя, задают первые послания, исходящие от родителей, других детей и телевидения. Жутковатая история, правда?
На этой стадии наше понимание собственного "я" включает лишь репрезентации того, что нам говорят, а также физические ощущения любви и заботы или наказаний и отвержения. Пиаже и Эриксон основали психологию развития ребенка как направление и ввели понятие ментальных (когнитивных) и социальных стадий, через которые мы проходим. Итак, какие послания вы получили в детстве?
"Ты такой милый и замечательный!"
"Гадкий мальчишка! Ну почему ты не можешь вести себя как следует?"
"Да что с тобой стряслось? Вот ведь зануда!"
Затем мы начинаем строить концепции. Это происходит со всеми. Мы начинаем задавать вопросы высших уровней, заставляющие различные "концепции" воздействовать на наше первичное самоощущение:
"Что это означает по отношению ко мне?"
" Что я за человек?"
"Какие надежды я возлагаю на жизнь?"
"Нравлюсь ли я окружающим, доверяют ли мне люди?"
"Каковы мои сильные стороны?"
"Обладаю ли я достоинством?"
"На чем основаны моя ценность и достоинство?"
Итак, мы провели анализ высшего фрейма сознания по поводу "я". Какого рода "я" вы сконструировали? Нравится ли вам эта конструкция? Служит ли она вам на благо? Какие "я"-концепции вы наслоили на ваше самоощущение, касающееся вашей ценности и достоинства как личности (самоуважение), уверенности в своей компетентности и навыках (самоуверенность), ощущение собственной компетентности и способности решать задачи с помощью своего разума (самоэффективность), ваше ощущение отношения к вам окружающих (социальное "я") и .т д.?
Различать "я" и "не я" наша автономная нервная система и иммунная система должны уже на клеточном уровне. Различение границ между собственным "я"и чужим также проходит несколько стадий развития, которые мы преодолеваем, освобождаясь от зависимости и приобретая индивидуальность. Мы делаем это, чтобы стать автономным "я", стать самим собой. Обретая независимость, мы индивидуализируемся, чтобы выявить собственные мысли и эмоции, собственные ценности и убеждения, собственные страсти и интересы, собственные навыки и путь в жизни.
И это ложится в основу взаимозависимости. Сформировав прочное ощущение своего "я", мы способны взаимодействовать с окружающими и поддерживать наше самоопределение. Без прочного ощущения "я" и "не я" мы рискуем утратить наши самоконструкции во взаимоотношениях с человеком, обладающим прочным и влиятельным ощущением себя. Мы можем "потерять себя" в его присутствии. Мы можем забыть, "кто мы есть", что нам нравится и не нравится, что мы ценим и к чему относимся безразлично.
На другом конце спектра мы обнаруживаем людей, границы у которых настолько узки и жестки, что их ментально-эмоциональный мир вряд ли допускает существование другого "я". Это называется "нарциссизм", по имени героя греческого мифа Нарцисса, влюбившегося в собственное отражение в воде. Нарциссическое картографирование себя, прежде всего, предполагает недостаток в собственном сознании пространства для окружающих, их потребностей и ценностей и т. д. И это разрушает основу эмпатии и сострадания.
Границы "я" расширяются и сужаются по мере того, как мы идентифицируемся с другими людьми, событиями, объектами и представлениями и, наоборот, самоопределяемся от них. Это принято называть словом "катексис". Под этим термином понимается то, как мы раскрываем наши эго-границы (я, мое) перед другим индивидуумом (моим другом, моим ребенком, моим партнером), по отношению к опыту (я лыжник, учитель, студент, любовник, родитель), к объекту (моя машина, мой дом, моя одежда) и к представлениям (я республиканец, демократ, католик, буддист и т. д.). Мы раскрываемся (концептуально), чтобы позволить этим вещам стать частью нашего самоопределения.
Как вы определяете себя? Кто вы? Во что вы верите? Что вы цените? Что вы делаете? С кем вы связаны? Чего вы ожидаете? Чего вы хотите? Через что вы прошли? К каким группам вы принадлежите?
Как правило, для определения себя мы используем подобного рода вопросы. На заре современной психологии Уильям Джеймс (James, 1890) определил "я" в терминах идентификаций и собственности-.
"Человеческое "я" представляет собой общую сумму всего, что он может назвать своим; не только своего физического тела и своих психических сил, но и своей одежды и своего дома, своей жены и детей, своих предков и друзей, своей репутации и работы, своей земли, и лошади, и яхты, и счета в банке".
В какой степени вещи, которыми вы владеете, определяют вас? Являетесь ли вы домовладельцем или квартиросъемщиком? Что можно сказать об обладании другими вещами в вашей жизни, начиная от машины, которую вы водите, и музыки, которую вы предпочитаете, и заканчивая вещами, которые вы собираете или храните? Речь может идти и о ваших планах на пенсионный возраст, акциях, убеждениях, вероисповедании, политической партии, одежде - практически обо всем.
Мы - символическая форма жизни, мы живем символами и для символов. Иначе мы не можем. Мы не обладаем изначально запрограммированным "инстинктивным" знанием, а потому формируем и проживаем концепции. Однако злоупотребление символами может принять патологически деструктивные формы.
Как это происходит? Иногда мы забываем, что символы - это всего лишь символы, то есть не более чем карты территории, не обладающие внешней "реальностью". И напротив, сохраняя осознанность картографирования, мы можем поддерживать наше ментальное картографирование в экспериментальном и условном режиме. Забыть об этом -
значит смешать карту и территорию, а затем принять символы за реальность. Именно в этот момент мы начинаем злоупотреблять ими и обращаться с нашими концепциями с той абсолютностью и "всеобщностью", которой они не способны обладать.
Поскольку наше самоопределение определяет качество нашей жизни, угроза возникает, когда мы идентифицируем наше "я" с нашими символами. Сделать это - значит стать зависимым от этих символов.






















